Телефон доверия

Рассказ Татьяны Анциферовой
Настя довязывала серый шарф, от вида которого чесалась шея. Ей дали короткие пластиковые спицы. Но это привилегия. Настины соседки теребили старые пуховые платки и зло смотрели на нее и на шарф. Ночью распустят, думала она.

Затопали надзирательницы. Раз-два-три, морская фигура замри. Девочки вскочили и застыли в нелепых позах. Настя — всегда морская звезда, она легла на пол плашмя, широко раскинула ноги и руки, подбородок прижала к полу.

У Насти ныла спина, поэтому она иногда ходила по кругу или имитировала йогу, засев на нарах в позе умиротворенного Хотэя.

Ей больно быть звездой, но она старается. Кукушкиной тоже не повезло, думала Настя. Она сначала показывала ракушку, согнувшись словно степлер, а теперь пиратку, балансируя между нарами на одной ноге.

Караул прошел. Все отмерли. Начался «вечер в хату», и девочки сели за картишками. Настя поскрипывала спицами.

Неприметный шарф она хотела подарить начальнице отряда. От каждого отсека нужно было по подарку. Из другого крыла выделились — собрали стим-панк ожерелье из останков механических часов.

Старейшина вздохнула: когда-то с девочками лепили фигурку Шрэка из хлебного мякиша. Вот это был подарок.

У Насти намечалось дежурство. Поэтому она спешно накручивала остатки нитки на картонку и думала, куда спрятать подарок. Можно было одолжить вейп старейшине, тогда она приглядит за нитками и шарфом.

Настя вспомнила про гнилые зубы, но все же решилась. Молча протянула старейшине пакет с вязаньем и вложила в руку вейп.

Та убрала вещи за спину и уперлась руками в мясистые бока, зажав между черными зубами пластиковую трубку. Серое ароматное пятно выпорхнуло из маленького круглого рта.
Настя пошла в колл-центр. Сегодня она сидела на телефоне доверия, консультировала девочек по вопросам новых запретов на аборты, учила матерей осознанности, а девушек — деликатному общению с мужчинами.

Под рукой у нее был смартфон с методичкой, куда Настя заглядывала только, чтоб насладиться странными картинками. На одной девушка в лиловом платье с колокольчиком на голове обнимает пузатого крота в темных круглых очках. Он опирается на палку, шерстка на груди как белая манишка, над ней висит плохо прорисованная красная бабочка. Под картинкой инструкция, ее Настя знала наизусть.

«Женщина пользуется плодами познания мужчины. Интеллект — платье женщины, в которое она любит рядиться, чтобы привлечь его. Женщина должна создавать свое счастье руками своего учителя. Только ложная женщина ищет утешения в творчестве. Активно отстаивая себя в обществе, она становится ложнополым созданием».*

Даже не мантра, а какая-то сказка, думала Настя. Она уже давно не видела мужчин, в методичке вместо них всегда персонажи из сказок и мультфильмов. Крот, волк в тельняшке, король с мерзкими усиками, держащий диетическое яйцо в специальной рюмке.

Старейшина говорила, что раньше с мужчинами активно общались. Были видеозвонки, но потом интернет в отсеках запретили. Слишком много стало незаконных заработков. Кто-то вытягивал деньги из фанатов доминатрикс, кто-то работал вебкам-моделью. Даже сиплые старухи привлекались к труду, промышляя интим-разговорами с клиентами. Было и стандартное мошенничество под предлогом блокировки счетов.

От этих схем зарабатывали только начальницы в резервации, но со временем им пришлось поставить дело на легальный поток. Черное крыло теперь занималось банковскими и коллекторскими услугами, а белое — психологической помощью и консультациями. Платили мало, большая часть шла на штрафы за нарушения режима.

Настя крутила смартфон в ожидании звонка. Она избегала надзирательницы, которая стояла за матовым пластиковым щитом.

Настя ее не видела, а Робокопша смотрела, не отрываясь. Ну и пусть смотрит, Настя продолжила залипать в инструкцию, обдумывая, какая была бы у нее жизнь с кротом.
Насыщенная… Завибрировал смартфон, Настя схватилась за гарнитуру, надела пластиковый ободок, выгнула трубку с микрофоном и подвела к губам.

 — Телефон доверия «Истина». Прошу подтвердить личность и дать согласие на запись разговора.

В наушниках зашуршало. Потом несколько раз пикнуло. Настя увидела профайл звонившей. «N5327, 18 лет, из глубины».

Глубиной называлась территория, где находились поселения с отживающими производствами и резервации для нарушителей границ.

Настя вот тоже нарушила. В шестнадцать лет она приехала в столицу без специального разрешения, там нелегально работала на «фабрике троллей». Во время рейда ее поймали. При себе не было пропуска и документов. Дали десять лет. В резервации она сидела второй год.

 — Личность подтверждена. Ваш запрос обрабатывается. Приносим свои извинения за ожидание.

Настя покрутила туда-сюда палочку микрофона. Посмотрела на свои серо-желтые ногти.

Неожиданно в уши ударило хрустящим кашлем. Настя с опаской взглянула на матовое стекло.

 — У вас все хорошо? Оставайтесь на линии. Запрос обрабатывается, — сказала она.

 — Женщина, мне бы поговорить по-быстрому, — раздался мужской голос.

Явно мужской, такой был у отчима или у кого-то из его друзей. Не ломаный со свистом как у брата. Хороший, мужской с хрипотцой, подумала Настя.

 — Простите. Оставайтесь на линии. Запрос обрабатывается, — Настя следовала инструкции. Она решила, что если сейчас разговор прослушивают, то ее ждет поощрение, например, еще на неделю оставят спицы.

Но голос продолжил:

 — Вашу линию перехватили. Слышите? Можно поговорить пять минут, слышите?
Настя все еще думала, что это проверка. Свайпала, проглядывая заученную инструкцию в поисках ответа.

 — Девушка, мне бы пару слов сказать. Просто поговорить, помощь не нужна, — продолжил хрипеть незнакомец.

Настя хотела снять гарнитуру, но пальцы застыли на экране смартфона.

 — Ваш запрос обработан. Вы можете сформулировать его устно, — сказала она.

 — Может, на «ты»? Я же не дед какой, — попросил голос.

 — Вы можете… — она выдохнула.

 — Хорошо. Я до этого другим звонил. Ни в какую. Или техническая ошибка, ваш вызов обрабатывается, а потом кнопкой сброса прощались. Ты, значит, нормальная.

Настя медленно отвернулась от невидимой охранницы. Челюсть напряглась, она ощутила тяжесть в затекшей шее.

 — Так, может быть, — Настя замерла.

На том конце раздался глухой смешок.

 — Еще как может. Тебе сколько сидеть? Мне пятерку дали за спекуляцию. Комнатными растениями торговал. Дефицит, — сказал голос.

Настя по-прежнему не могла отделаться от методички. Но задавленная фантазия и любопытство кажется снова проснулись и заработали.

 — Интеллект — платье женщины, в которое она так любит рядиться, — проговорила она с едва зарождающимся нервным смешком.

 — Понял.

 — Интеллектуальность в ней не является тем духовным началом, к которому способна лишь истинная женщина.

 — Так, продолжай…

 — Истинная женщина вряд ли может вдохновиться собою. Ей нужен предмет вдохновения — это мужчина, — проговорила Настя, трогая пульсирующую венку у виска.

 — Нормально.

 — В духовном преображении мужчины находит она свое призвание. И ей не нужно отстаивать себя как ложной женщине.

Настя прикрыла рот рукой и засмеялась. Она снова отвернулась от матового стекла, делая вид, что убирает гарнитуру.

 — Когда удобно набрать? У тебя только ночные дежурства?

 — Спасибо. Ваш звонок очень важен для нас, — сказала Настя в отогнутый микрофон. Быстро сняла гарнитуру с раскрасневшихся ушей, поправила волосы и уткнулась в смартфон.

Там увидела, что этот звонок в системе не проходил. Настя еще раз провела пальцами по журналу вызовов. Потом переключила на методичку, представляя себе лицо звонившего мужчины.

Он был лысоват, с тонкими усиками, решила Настя. На нем смокинг, красная бабочка, лаковые ботинки с длинными носками. Подлый и потный. Настя докрутила до картинки с кротом, подумала: «Никогда бы с таким не познакомилась».
*В рассказе используются термины из книги «Ложная женщина. Невроз как внутренний театр личности» Альфреда Щеголева.
Подпишитесь на нашу рассылку, чтобы не пропустить новые статьи.
Made on
Tilda